Воспоминания о Светлане Голубевой, глава 3

Глава 3: "Что жизнь – конечно жизнь, судьба – конечно да, а, может, и нелегкая несла меня тогда…"

Мой друг из тех, кто ходит по краю,
Кто всё начинает с нуля,
Но живёт, играя,
Живёт, веселя.
(с) И. Азбиль

"Наше знакомство со Светой состоялось через Женю Венлиг, с которой я подружился в литературном объединении, организованном Александром Ефремовичем Щедрецовым, моим учителем литературы”, – рассказывает Максим ЛяхтМаксим Ляхт – друг Светланы Голубевой. - “Мой учитель говорил: «Вот достойный представитель женского пола: ироничная, умная». Потом, когда мы с Женей уже довольно плотно общались, она вдруг сказала, что есть дама, с которой мне надо познакомиться, потому что мы очень похожи. Не знаю, что она увидела? Внешне, наверное, в то время мы были похожи одинаково выпученными еврейскими глазами, но по характеру, мне кажется, были очень разными. Я в то время был уже такой восточный философствующий товарищ, который всё рассматривал с точки зрения законов кармы, судьбы и прочего, а Света - европейский человек, несмотря на то, что не чужда всех этих размышлений. И когда мы познакомились, она произвела на меня впечатление. Может, это ещё и возраст был такой (это происходило где-то в 89 году). Я весь воспылал чувствами.

В чём ей не откажешь, так это в том, что в её присутствии всё время хотелось делать что-то с собой, и вообще что-то делать, сдвигать горы. Романтика. Это её особенность. Причём, поскольку воспитанием я не блещу и не блистал, мне всё это представлялось как поездка на лесоповал, какие-то жуткие работы сумасшедшие, мне даже сейчас не вспомнить, для чего всё это было нужно. То есть, меня периодически пробивало на какое-то странное самовыражение. Пообщавшись со Светой, мне стало казаться, что я живу не так, что в этом мире всё надо менять, что я сыто, глупо и неправильно живу. Причём, она об этом никогда, по крайне мере мне, в те времена не говорила (да и в последующие тоже).

Тогда Света жила где-то на Литейном в какой-то компании. Там были дети, семьи какие-то малопонятные, но я не очень их знал. Что я помню про ту жизнь? Однажды ей задали вопрос, когда она пришла с очередной работы или учёбы: «Света, ты надолго?». Света подумала и с обидой сказала: «Навсегда». В то время я и затесался там. У меня был странный статус влюблённого мальчика, при этом не могу сказать, что не было взаимности. Света ко мне относилась хорошо, и, наверное, как я себе понимаю, в то время я был единственным более-менее подходящим по возрасту экземпляром в её жизни, потому что были мужики (некий Бугонов, например), которые к ней относились, в лучшем случае, как к сестре, а то может и просто как к дочери. Я там периодически появлялся, чувствовал себя неловко, встречал её из института, приезжал к больнице, где она дежурила, потому что считал, что влюблённый человек на всё готов и должен быть рядом. А влюблён я был по уши. В то время я был в философском настроении и особых проблем в своей жизни не видел. Наверняка их было полно, но они меня не волновали, у Светы же их всегда было много, равно как и каких-то задач интересных. Мы и занимались тем, что решали Светкины проблемы…"